Главная » Подвиг Солдата » Т » Тарасюк Михаил Власович » Подвигу в Шлиссельбурге – тридцать пять лет

Подвигу в Шлиссельбурге – тридцать пять лет

Страницы истории

 

КОММУНИСТ № 185, 21.09.1976

 

Лиепайский гарнизонный госпиталь в годы Великой Отечественной войны прошел боевой путь от Ладожского озера до берегов Балтики. Сформированный в ноябре 1939 года, он в составе Ладожской военной флотилии участвовал в войне с Финляндией, а в конце июня 1941 года был перебазирован с острова Валаам в город Шлиссельбург (ныне – Петрокрепость). Здесь, у истока Невы, коллективу морского госпиталя пришлось выдержать в первые месяцы войны суровые испытания.

После обороны Шлиссельбурга госпиталь обслуживает раненых воинов на легендарной «дороге жизни». В дальнейшем участвует в освобождении Эстонии, а с февраля 1945 года развертывается в Паланге, где обеспечивает боевые действия кораблей и авиации КБФ, наносящие сокрушительные удары по Курляндской группировке фашистских войск. 9 мая 1945 года военно-морской госпиталь из Паланги перебазируется в освобожденную Лиепаю.

 

СТОЯЛИ теплые июльские дни, в небольшом Шлиссельбурге уже ощущался напряженный ритм военного времени. По Неве, мимо старой крепости, непрерывно шли корабли с войсками, к причалам подвозили военные грузы и технику. К северу от Ладожского озера шли ожесточенные приграничные бои, но раненых оттуда пока поступало немного.

Начальником Шлиссельбургского военно-морского госпиталя был военврач 2-го ранга Михайл Власович Тарасюк, имевший уже опыт многолетней службы на Тихоокеанском и Балтийском флотах. Он понимал, что госпиталь, имевший всего 50 штатных коек, будет мал для приема большого количества раненых, и решает объединить его местной больницей водздравотдела. В больнице, находившейся возле речной пристани. Тарасюк разворачивает приемно-сортировочный пункт, производит боевой расчет и переустановку персонала и успевает провести несколько тренировок по приему пострадавших с кораблей. Эти меры оказались не напрасными, и первое поступление раненых в количестве около ста человек прошло тихо и организованно.

В начале августа обстановка на ладожском участке Северного фронта резко осложнилась. Наши войска, поддерживаемые кораблями Ладожской военной флотилии, вели упорные оборонительные бои, однако противнику удалось прорваться к озеру и блокировать на его северном побережье три наши дивизии. Сразу возросло число раненых, которых ежедневно доставляли в Шлиссельбург корабли флотилии и речного пароходства. М. Тарасюк добивается передачи в свое расположение городской больницы и зданий двух школ, что позволяет довести количество коек до 600. С помощью партийных и общественных организаций города для оказания помощи раненым мобилизовывается гражданское население и выделяется необходимый транспорт.

Для организации работы в этих условиях, много энергии и инициативы потратил комиссар госпиталя И. Г. Дегтяренко. Но стало не хватать квалифицированного медперсонала. Тогда Тарасюк выезжает в Ленинград и сам информирует о создавшемся положении медико-санитарный отдел КБФ и санитарное управление фронта. Его решительные действия получают полную поддержку командования. В Шлиссельбург, несмотря на тяжелую обстановку под Ленинградом, направляется ещё один эвакогоспиталь, срочно сформированный облздравотделом. С 13 августа в течении шести суток в Шлиссельбурге работает также бригада опытных хирургов флота, которые взяли на себя наиболее трудоемкие хирургические операции.

В эти напряженные дни весь основной персонал госпиталя не знал ни минуты отдыха. Сутками не покидала операционную медсестра Н.Д. Калачевская. Хирург П.П. Певнев оказывал помощь раненым прямо на кораблях, стоявших у причала. Терапевт М.Е. Пономарев организовал послеоперационное лечение сотен раненых. Но основная нагрузка и ответственность легла на плечи М. Тарасюка, сумевшего обеспечить успешную работу и взаимодействие всех медицинских учреждений, объединенных под его руководством. Небольшой Шлиссельбургский госпиталь был превращен в эти дни в достаточно мощную госпитальную базу. Все поступившие раненые получили необходимую помощь и были подготовлены для эвакуации в тыловые госпитали в Ленинград. Для этой цели в распоряжение Тарасука были переданы два санитарно-транспортных судна – «Володарский» и «Урицкий». Кроме того, часть раненых была перевезена катерами на правый берег Невы и эвакуирована поездами.

Немецко-фашистские войска, получив отпор под Ленинградом, теперь стремились прорваться к Ладожскому озеру с юга. 30 августа им удалось выйти к Неве в ее среднем течении и перерезать железнодорожное и речное сообщение с Ленинградом. Единственной коммуникацией, связывавшей город со страной, оставалась переправа через Неву у Шлиссельбурга. На подступах к нему развернулись ожесточенные бои. Все койки госпиталя были вновь заполнены ранеными. От налетов авиации и обстрелов дальнобойной артиллерии появилось немало пострадавших среди горожан. Часть раненых после оказания им хирургической помощи в ночь на 3 сентября удалось эвакуировать на двух санитарно-транспортных судах в направлении на Новую Ладогу.

Тем временем обстановка в Шлиссельбурге стала чрезвычайно напряженной. Бойцы дивизии полковника С.И. Донскова, сформированной из пограничников, упорно сражались за каждый рубеж уже в окрестностях города. С Невы их поддерживали огнем корабли флотилии. 6 сентября противник пытается любой ценной захватить Шлиссельбург, артиллерийские обстрелы и воздушные налеты становятся непрерывными, город горит. Здания, занятые госпиталем, уже были частично разрушены, и раненых пришлось срочно рассредоточить во дворах домов и под прикрытием деревьев. Оказывали им только неотложную помощь. Большое самообладание проявил в эти тревожные часы М. Тарасюк. Его невысокая фигура появлялась в самых опасных местах, а краткие команды звучали спокойно и решительно, не допуская никакой растерянности и паники среди персонала и раненых. Приказ на эвакуацию был уже давно получен, но раненые продолжали поступать, и никаких плавсредств для их вывоза в распоряжении начальника госпиталя не осталось. Судьба раненых, которых насчитывалось более трехсот человек, была критической.

В этом, казалось бы, безвыходном положении М. Тарасюк вновь проявляет хладнокровие и находчивость. Вместе с фельдшером А.А. Алексеевым он сумел разыскать стоявшие без горючего пассажирские катера, достать для них топливо и направить их к причалам для погрузки раненых. Созданная таким образом «санитарная флотилия» из 12 катеров на 7 сентября вывезла но Новоладожскому на Сясьстрой почти всех раненых. Один из катеров Тарасюк оставил у себя и в течение следующего дня отправил на правый берег Невы последних раненых и медицинский персонал со всем госпитальным имуществом. К ночи на 8 сентября Шлиссельбург был уже оставлен нашими частями прикрытия, но противник еще не решался войти в притихший город. Тарасюк снова переправляется на катере через Неву, чтобы в последний раз осмотреть опустевшие причалы и убедиться, что никто из раненых не оставлен.

Немцы в битве за Шлиссельбург ценою огромных потерь овладели только левобережной частью. Здесь они были остановлены героями невских рубежей и не смогли полностью замкнуть кольцо блокады вокруг Ленинграда. Путь к осажденному городу через Ладожское озеро оставался открытым.

За весь период боевых действий медицинскую помощь в Шлиссельбурге получило около 10 тысяч раненых. Эвакуировать удалось всех, и многие из них вскоре снова были в строю. Медики госпиталя работали самоотверженно, и трудно назвать наиболее отличившихся, но мужество и волевые качества М. Тарасюка сыграли тогда решающую роль. Не один из морских госпиталей на Балтике за все годы войны не испытал подобной нагрузки и в такие сжатые сроки. То, что сделали медики в Шлиссельбурге, было подвигом.

Шлиссельбургский госпиталь был передислоцирован на Карельский перешеек и развернут в поселке Ириновка – ему еще предстоял долгий путь по дорогам войны. В декабре 1941 года коллектив попрощался со своим начальником и командиром в минувшие грозные дни. М.В. Тарасюк получил новое назначение. В дальнейшем ему довелось возглавить ряд флотских лазаретов и госпиталей и не раз в труднейших условиях организовать медицинскую помощь раненым. Но дни и ночи фронтового Шлиссельбурга остались в памяти на всю жизнь.

Полковник медицинской службы в отставке М. Тарасюк живет недалеко от Киева, в городе Боярка. Михаилу Власовичу 73 года, но он полон сил и бодрости, работает над книгой воспоминаний.

 

*  *  *

 

Лиепайский госпиталь в послевоенные годы вырос в одно из лучших медицинских учреждений дважды Краснознаменного Балтийского флота и носит почетное звание коллектива коммунистического труда. Многие из врачей начинавшие здесь свою деятельность, стали опытными и высококвалифицированными специалистами. Среди которых есть кандидаты и доктора наук, заслуженные врачи республики. Коллектив гарнизонного госпиталя гордится своими боевыми традициями, хранит благодарную память о мужестве старших товарищей – врачей, фельдшеров, медсестер и санитарок, с честью выполнивших свой долг в суровое время Великой Отечественной войны.

 

В. Дедюлин,

внештатный корреспондент,

подполковник медицинской службы в отставке

г. Ленинград

На снимке: М. Тарасюк. фото 1944 года.

 

 

Varoņdarbam Šliselsburgā – trīsdesmit pieci gadi

Vēstures lappuses

 

KOMUNISTS № 185, 21.09.1976

 

Liepājas garnizona hospitālis Lielā Tēvijas kara gados nogāja kaujas ceļu no Ladogas ezera līdz Baltijas jūras krastiem. Hospitāli saformēja 1939. gada novembrī, Ladogas kara flotes sastāvā tas piedalījās karā ar Somiju, bet 1941. gada jūnija beigās to pārbāzēja no Valāmas salas uz Šliselburgas pilsētu (tagad Petrokreposta). Te, pie Ņevas iztecēs, jūras hospitāļa kolektīvam pirmajos kara mēnešos nācās izturēt smagus pārbaudījumus. Pēc Šliselburgas aizstāvēšanas hospitālis apkalpo ievainotos jūrniekus uz leģendārā «Dzīvības ceļa». Turpmāk piedalās Igaunijas atbrīvošanā, bet 1945. gada februāra sākumā izvēršas Palangā, nodrošinot SBF kuģu un aviācijas kaujas darbību, kuras rezultātā fašistu karaspēka Kurzemes grupējums saņēma graujošus triecienus. 1945. gada 9. maijā jūras kara hospitālis pārbāzējās no Palangas uz atbrīvoto Liepāju.

 

Bija siltas jūlija dienas. Nelielajā Šliselburgā jau juta saspringto karalaika ritmu. Pa Ņevu garām vecajam cietoksnim nepārtraukti gāja kuģi ar karaspēka vienībām, piestātnēs izkrāva armijas mantību un tehniku. Ziemeļos no Ladogas ezera, pierobežas rajonā, notika sīvas kaujas, taču ievainoto no turienes pagaidām pienāca maz.

Šliselburgas jūras kara hospitāļa priekšnieks bija 2. ranga kara ārsts Mihails Tarasjuks, pieredzējis cilvēks, ilgus gadus dienējis Klusā okeāna un Baltijas jūras flotē. Viņš saprata, ka hospitālis, kam pēc štatiem bija tikai 50 gultu, nespēs uzņemt lielu daudzumu ievainoto, un nolēma to apvienot ar vietējo ūdens transporta veselības aizsardzības nodaļas slimnīcu. Slimnīcas ēkā, kas atradās pie upju piestātnes, Tarasjuks izvietoja pieņemšanas un šķirošanas punktu, veica hospitāļa personāla sadali un pārkārtošanu atbilstoši karalaika prasībām un paguva sarīkot vairākas mācību trauksmes ievainoto pieņemšanai no kuģa. Šie pasākumi nebija veltīgi: pirmās ievainoto grupas (aptuveni 100 cilvēku) pieņemšana norisa saskaņoti un raiti.

Augusta sākumā stāvoklis Ziemeļu frontes Lādogas iecirknī krasi sarežģījās. Mušu karaspēks, ko atbalstīja Lādogas kara flotiles kuģi, izcīnīja neatlaidīgas aizstāvēšanās kaujas, tomēr pretiniekam izdevās izlauzties līdz ezeram un bloķēt tā ziemeļu krastā trīs mūsu divīzijas. Tūdaļ palielinājās ievainoto skaits, ko Šliselburgā ik dienas nogādāja flotiles un upju kuģniecības kuģi. Tarasjuks panāca, ka viņa rīcībā nodod pilsētas slimnīcu un divas skolu ēkas; tas ļāva palielināt gultu skaitu līdz 600. Ar pilsētas partijas un sabiedrisko organizāciju palīdzību mobilizēja civiliedzīvotājus ievainoto aprūpēšanai un sagādāja nepieciešamos transportlīdzekļus. Darba organizēšanai piefrontes apstākļos daudz enerģijas veltīja un ierosmi parādīja hospitāļa komisārs I. Degtjarenko. Taču kļuva jūtams kvalificēta medicīniskā personāla trūkums. Tarasjuks pats devās uz Ļeņingradu un informēja par radušos stāvokli SBF medicīniski sanitāro daļu un frontes sanitāro pārvaldi. Viņa apņēmīgā rīcība guva pilnīgu pavēlniecības atbalstu. Kaut ari pie Ļeņingradas stāvoklis ir smags, uz Šliselburgu nosūta vēl vienu evakuācijas hospitāli, ko steidzamā kārtā saformējusi apgabala veselības aizsardzības nodaļa. Sākot ar 13. augustu, Šliselburgā sešas diennaktis strādā arī pieredzējušu flotes ķirurgu grupa, uzņemoties pašas darbietilpīgākās operācijas.

Šais spraigajās dienās hospitāļa pamatpersonālam atpūtas nebija ne mirkļa. Medmāsā I. Kalačevska strādāja operāciju zālē dienām un naktīm, ķirurgs P. Pevņevs ievainotajiem sniedza palīdzību tieši uz kuģiem, kas stāvēja piestātnē, terapeits M. Ponomarjovs organizēja ievainoto pēcoperācijas ārstēšanu. Taču galvenā slodze un atbildība gūlās uz M. Tarasjuka pleciem. Un viņš prata nodrošināt visu viņam pakļauto medicīnisko iestāžu sekmīgu darbu un sadarbību. Mazais Šliselburgas hospitālis nedaudz dienās bija pārvērsts par bāzes hospitāli ar pietiekami lielu caurlaides spēju. Visiem uzņemtajiem ievainotajiem sniedza nepieciešamo palīdzību, un viņus sagatavoja evakuācijai uz aizmugures hospitāļiem un Ļeņingradu. Šim nolūkam Tarasjuka rīcībā nodeva sanitāros transportkuģus «Votodarskis» un «Urickis». Turklāt daļu ievainoto pārveda ar kuteriem uz Ņevas labo krastu un evakuēja ar vilcieniem.

Saņēmis pretsparu pie Ļeņingradas, vācu fašistu karaspēks tagad centās no dienvidiem izlauzties līdz Ladogas ezeram. 30. augustā tam izdevās nokļūt līdz Ņevai tās vidustecē un pārgriezt dzelzceļa un upju satiksmi ar Ļeņingradu. Vienīgā komunikācija, kas tagad savienoja Ļeņina pilsētu ar visu valsti, bija pārceltuve pār Ņevu pie Šliselburgas. Šīs pilsētiņas pieejās uzliesmoja sīvas kaujas. Visas hospitāļa gultas atkal bija ievainoto pilnas. Aviācijas uzlidojumu un artilērijas apšaudes rezultātā auga ievainoto skaits civiliedzīvotāju vidū. Daļu ievainoto pēc tam, kad tiem bija sniegta ķirurģiska palīdzība, naktī uz 3. septembri izdevās ar diviem sanitārajiem transportkuģiem izvest Novaja Ladogas virzienā.

Šai laikā stāvoklis pie Šliselburgas kļuva ārkārtīgi saspīlēts. No robežsargiem saformētās divīzijas kaujinieki pulkveža S. Donska vadībā neatlaidīgi cīnījās par katru aizsardzības līniju jau pašā pilsētas pievārtē. No Ņevas viņus atbalstīja ar uguni flotiles kuģi. 6. septembrī ienaidnieks mēģināja par katru cenu ieņemt Šliselburgu, nemitīgi turpinājās artilērijas apšaude un uzlidojumi, pilsēta dega. Hospitāļa ēkas bija jau daļēji sagrautas, ievainotos vajadzēja steigšus izvietot pa namu pagalmiem un koku aizsegā, sniedzot tikai pašu neatliekamāko palīdzību, šinīs trauksmainajās stundās Tarasjuks parādīja izcilu savaldību. Viņa pazemais, plecīgais stāvs bija redzams visbīstamākajās vietās, īsās pavēles skanēja mierīgi, taču stingri, nepieļaujot ne mazāko apjukumu un paniku personāla un ievainoto vidū. Pavēle evakuēties bija saņemta jau sen, taču ievainotie nāca un nāca, un hospitāļa priekšnieka rīcībā nebija peldošā transporta viņu izvešanai. Ievainoto stāvoklis – viņu bija ap trīssimt – kļuva kritisks.

Šajā šķietami bezizejas situācijā atkal parādījās Tarasjuka aukstasinība. Kopā ar feldšeri A. Aļeksejevu viņš sameklēja degvielas trūkuma dēļ pamestos pasažieru kuterus, sadabūja degvielu un aizsūtīja kuģīšus uz piestātni ievainoto uzņemšanai. Tādējādi izveidotā «sanitārā flotile» 12 kuteru sastāvā naktī uz 7. septembri izveda pa Novoladogas kanālu uz Sjasstroju gandrīz visus ievainotos. Vienu kuteri Tarasjuks atstāja savā rīcībā un nākamajā dienā aizsūtīja uz Ņevas labo krastu vēl palikušos ievainotos un medicīnisko personālu, kā arī hospitāļa iekārtu. Naktī uz 8. septembri mūsu sedzējdaļas atgāja no Šliselburgas, taču pretinieks vēl neuzdrošinājās ieiet klusējošajā pilsētā. Tarasjuks devās ar kuteri vēlreiz pāri Ņevai, lai apskatītu tukšās piestātnes un pārliecinātos, vai nav aizmirsts kāds no ievainotajiem.

Kaujā par Šliselburgu vācieši, milzīgus zaudējumus ciešot, ieņēma tikai to pilsētas daļu, kas kreisajā krastā. Te viņus apstādināja Ņevas aizsardzības līniju varoņi. Vācieši tā arī nespēja saslēgt blokādes loku ap Ļeņingradu. Ceļš uz Lielo zemi pāri Ladogas ezeram palika vajā. Karadarbības periodā medicīnisko palīdzību Šliselburgā saņēma aptuveni 10 000 ievainoto. Visus izdevās evakuēt, daudzi no viņiem drīz atkal bija ierindā. Hospitāļa mediķi strādāja pašaizliedzīgi, grūti pateikt, kuri no viņiem bija labākie, taču izšķiroša nozīme bija Mihaila Tarasjuka vīrišķībai un stiprajai gribai. Nevienam citam Baltijas jūras kara hospitālim visos kara gados tik īsā laika posmā nebija jāiztur tāda slodze. Tas, ko mediķi paveica Šliselburgā, bija varoņdarbs.

Pēc tam Šliselburgas hospitāli pārdislocēja uz Karēlijas zemes šaurumu un izvērsa Irinovkas ciematā. Vēl bija priekšā tāls ceļš pa kara takām. 1941. gada decembrī kolektīvs atvadījās no sava priekšnieka un komandiera, ar kuru kopā būts skarbajā Šliselburgas periodā. Tarasjuks saņēma norīkojumu uz citu dienesta vietu. Viņš vadīja daudzas flotes lazaretes un hospitāļus un ne reizi vien organizēja bezgala grūtos apstākļos palīdzību ievainotajiem. Taču Šliselburgas dienas un naktis palikušas atcerē uz visu mūžu.

 Atvaļinātais medicīniskā dienesta pulkvedis Tarasjuks dzīvo Bojarkas pilsētā netālu no Kijevas, Mihailam Vlasovičam ir 73 gadi, taču viņš spēka un mundruma pilns, raksta atmiņu grāmatu.

 

*  *  *

 

Liepājas hospitālis pēckara gados izveidojies par vienu no labākajām Divkārt Sarkankarogotās Baltijas flotes medicīniskajām iestādēm, tam piešķirts godpilnais komunistiskā darba kolektīva nosaukums. Daudzi ārsti, kuri sākuši te darba gaitas, kļuvuši par pieredzējušiem, augsti kvalificētiem speciālistiem. Viņu vidū ir zinātņu kandidāti un doktori, republikas Nopelniem bagātie ārsti. Garnizona hospitāļa kolektīvs lepojas ar savām kaujas tradīcijām, svēti glabā piemiņā vecāko biedru vīrišķību. Viņi visi ārsti un feldšeri, medmāsas un sanitāres godam izpildīja savu pienākumu skarbajos Lielā Tēvijas kara gados.

 

V. Dedjuļins,

medicīniskā dienesta rezerves apakšpulkvedis,

ārštata korespondents

Ļeņingrada.