Главная » Библиотека » СЕМЬ ОГНЕННЫХ ДНЕЙ ЛИЕПАИ » УЛИЧНЫЕ БОИ В ЛИЕПАЕ

СЕМЬ ОГНЕННЫХ ДНЕЙ ЛИЕПАИ

23—29 июня 1941 г.

 

САВЧЕНКО Василий Иванович

 

АКАДЕМИЯ НАУК ЛАТВИЙСКОЙ ССР

ИНСТИТУТ ИСТОРИИ

 

РИГА «ЗИНАТНЕ» 1985


 

ДЕНЬ 6-й

 

 

УЛИЧНЫЕ БОИ В ЛИЕПАЕ

 

Давая общую оценку обороне Лиепаи, нужно подчеркнуть, что одной из ее особенностей было разнообразие формы и тактических приемов борьбы с противником. Выше были показаны упорные оборонительные бои у городских предместий, освещен ход наступательных боев за прорыв из окружения.

24 июня и в первой половине дня 29 июня 1941 г. лиепайчане оказали сопротивление противнику в уличных боях, которые характеризовались следующим.

Во-первых, сражение проходило при отсутствии руководящих центров. Командование, штабы базы и дивизии, а также основная часть работников городского комитета партии и его секретари 27 июня, как уже отмечалось, участвовали в прорыве из окружения и почти все погибли. В сложившейся ситуации военнослужащие и вооруженные рабочие были вынуждены действовать небольшими группами по собственной инициативе. Проявляя патриотизм, высокую классовую сознательность, они в сложной обстановке разили врагов до последней возможности. Во главе групп обычно вставали смелые и инициативные люди. Вооружение боевых групп было более чем легким: у рабочих и тех немногих красноармейцев и краснофлотцев, которые защищали Старый город, не было артиллерии и минометов, а только винтовки, ручные гранаты, автоматы, ручные пулеметы и лишь несколько станковых.

 

 

Гитлеровцы на улицах Лиепаи

 

Второй особенностью боев на этом этапе обороны города являлось то, что основную роль в них играло гражданское население при участии тех моряков, пограничников, воинов стрелковой дивизии, которые в силу различных обстоятельств не смогли выйти из окружения. Это отмечено иво вражеских официальных документах. Так, в журнале разведотдела штаба 18-й армии 29 июня в 7 часов 20 минут отмечено: «Центр города в боях, главным образом против вооруженных гражданских лиц, захвачен. Рабочие в южной части города еще сопротивляются»1.

Поскольку защитники города 27 июня, осуществляя прорыв в северном и северо-восточном направлениях, ослабили свои позиции в южной части бывших городских укреплений, гитлеровцы к концу дня силами 505-го пехотного полка и ударных батальонов морской пехоты вышли на этот рубеж. «Однако, — отмечено в истории 291-й немецкой пехотной дивизии, — лишь на следующий день (28 июня, — В.С.) они сумели полностью использовать первоначальный успех и повсеместно проникнуть в укрепления крепости, а силами ударных батальонов также и в город. Бои в домах и на улицах велись с крайним ожесточением»2.

Первым серьезным очагом сопротивления для фашистов оказался парк Райниса. Наступление немцев на парк началось утром 28 июня и продолжалось до вечера. Небольшие группы рабочих, работников милиции, комсомольцев и молодежи, а также портовые рабочие, осоавиахимовцы, отдельные отряды красноармейцев и краснофлотцев, укрываясь за деревьями и пригорками, стояли насмерть под натиском превосходящих сил противника, Немцы пустили в ход пулеметы и минометы, неоднократно пытались взять парк штурмом, но безрезультатно. В этих боях особенно отличились рабочий завода «Тосмаре» Кадекис, рабочий мясокомбината Круче, металлурги М. Озолс, Я. Арайс, А. Ванагс, А. Васильев, Т. Полис, А. Гутманис, Фалкин, Ф. Бруверис (был схвачен фашистами и 16 июля 1941 г. расстрелян), Ратниекс, Лиепиньш, Декснин, Якобсон и многие другие3.

 

 

Бой у моста через канал в Лиепае. С диорамы в Музее революции Латвийской ССР

 

Видя, что прямым наступлением сломить сопротивление защитников парка Райниса не удается, немецкое командование решило маневром вдоль северного берега оз. Лиепаяс и проходящей рядом железной дороги обойти их. Под угрозой окружения бойцы вынуждены были отступить до Торгового канала, где заняли позиции в районе мостов (из-за отсутствия взрывчатки повредить их не удалось)4.

Набережная Торгового канала была последней линией обороны защитников города. Бои здесь проходили примерно с 17 часов 28 июня до поздней ночи. Из воспоминаний видно, что основными очагами сопротивления были следующие: клуб моряков, расположенный правее моста, где находилась группа осоавиахимовцев во главе с Кириллом Бирзиньшем; группа комсомольцев закрепилась у железнодорожного моста и торговых складов, там же находилась группа во главе с К. Юрьяном; позиции возле гостиницы «Олимпия» и внутри здания заняли рабочие во главе с директором электростанции С. Ягминсом и военные моряки5. В борьбу с врагом включились также рабочие, охранявшие расположенные вдоль набережной многочисленные склады6.

 

 

Фашисты через репродуктор предлагают защитникам Лиепаи сдаться

 

Достигнув мостов, гитлеровцы пытались переправиться через канал, но встреченные ураганным огнем защитников города отступили и укрепились в ближайших домах. Бой вылился в интенсивную перестрелку через канал, ширина которого позволяла вести довольно эффективную прицельную стрельбу. Противник решил пустить через мост бронетранспортер. Когда тот показался на углу улиц Бривибас и Остмалас, профсоюзный организатор морского порта Алфред Кагис гранатой, брошенной из окна гостиницы «Норд», поджег его. Из горящей машины выскочили гитлеровцы, но их настигли пули защитников города.

Вскоре со стороны улицы Земниеку показалась цепь вражеских морских пехотинцев. Группа К. Бирзиньша встретила их метким огнем из пулеметов и винтовок, заставив залечь у стен домов.

После короткой паузы изготовившиеся для атаки гитлеровцы бросились к мосту, однако сквозь плотный огонь защитников города не удалось прорваться ни одному вражескому солдату.

Безрезультатно для противника заканчивались и другие попытки преодолеть мосты, с тем чтобы ворваться в Старый город. Тогда на улице Ригас гитлеровцы установили репродуктор, через который на латышском и русском языках раздавалось; «Ваша борьба бесполезна. Прекратите огонь, сложите оружие, сдавайтесь! Мы вам ничего плохого не сделаем. Мы уничтожаем только коммунистов и жидов»7.

 

 

Гитлеровские солдаты во время боев у моста через канал

 

Как видно из сохранившейся немецкой кинохроники, запечатлевшей бои в городе, громкоговорители гитлеровцев выставлялись и в других местах. Кадры этой ленты донесли до нас общую картину боев у канала. А она такова. Небо заволокло дымом гигантских пожарищ. Горят склады с горючим, дома. По безлюдным улочкам, прижимаясь к дощатым заборам, боязливо оглядываясь, крадутся гитлеровские автоматчики. То здесь, то там они ведут стрельбу по окнам и крышам домов.

Гитлеровцы попытались проникнуть в город и через железнодорожный мост, однако и тут путь им преградили меткие пулеметные очереди. Тогда фашисты решили использовать лодки. Укрываясь за близлежащим островом Аттекас, они устремились через канал, но с противоположного берега снова раздались дружные залпы: сюда подоспел на помощь отряд Э. К. Зундманиса, который, как уже отмечалось, прикрывал город со стороны оз. Лиепаяс. Врага и здесь ожидала неудача. После небольшой передышки, во время которой над каналом кружился немецкий самолет-разведчик, фашисты начали обстреливать из орудий и минометов находящиеся на берегу канала дома, склады, гостиницу «Олимпия». Вскоре пожар охватил всю набережную, которая, по выражению фашистской газеты «Ди фронт», запылала, как древний Рим. (Всего за время боев в Лиепае было полностью уничтожено 117 зданий и повреждено 450 многоэтажных домов, которыми была застроена центральная часть города, примыкавшая к каналу.) Когда стемнело, защитники Лиепаи открыли ураганный огонь из пулеметов, израсходовав последние боеприпасы. Затем были выброшены затворы. С большой болью в душе примерно в 23 часа бойцы, сражавшиеся у канала, начали отходить в сторону Бернаты8.

У канала сражались портовики Мурниекс, А. Розенталс, Ф. Гаушис, металлург В. Рейзупс, секретарь горисполкома Эзерс, работник редакции газеты «Комунистс» Н. Дрейфельд, уездный военком подполковник К. И. Михайленко, отец и сын Укстиньши, К. Книперс, Эдолфс, Копштал и многие другие9.

Вражеская газета «Ди фронт» так описывала бой у канала: «Чтобы попасть в другую часть города, нужно пройти через мост, который красные стараются удержать всеми возможными средствами. Со стороны Старой Лиепаи немецкие войска обстреливаются одетыми в штатское коммунистами. В тылу стреляют из окон, с крыш, из погребов: там прячутся большевики. В уличных боях коммунисты, видно, чувствуют себя прекрасно. Борьба разгорается со всех сторон — борьба регулярных войск со штатскими. Надо вновь повернуть на город жерла пушек, превратить цветущий портовый город в развалины»10.

К сожалению, из-за неимоверно сложных обстоятельств, в которых проходила оборона Лиепаи, еще не удалось установить имен многих участников этого боя и общее число погибших. Раскрываются все новые и новые имена и убедительные факты моральной и физической стойкости и дерзкой отваги, проявленных защитниками Лиепаи.    

В воспоминаниях неоднократно встречается имя литейщика завода «Сарканайс металургс» комсомольца Андрея Гутманиса, который с первого дня включился в оборону города. Известно, что, забегая домой поесть, он часто сообщал, что ему снова удалось «отправить на тот свет» еще одного врага. Когда 28 июня развернулись бои у моста через канал, Гутманис отходил одним из последних, прикрывая своих товарищей. Спустя несколько дней его тело было найдено на берегу канала11. Рядом с А. Гутманисом в уличных боях сражались десятки других героев, для нас пока остающихся безымянными. В частности, скудны данные об участии в боях у канала воинов и моряков. Вместе с тем в имеющихся воспоминаниях особо отмечается героизм бойца, который называется то «казахом», то «узбеком», т.е., по всей вероятности, являлся выходцем из Средней Азии, которых было немало в составе 67-й стрелковой дивизии.

С явным преувеличением, быть может, для того чтобы в как можно более героическом свете показать действия немецких солдат, корреспондент агентства «Трансокеан» бои у канала описывал следующим образом: «Начинается ожесточенная борьба за мосты у гавани. Вводятся в действие противотанковые пушки, огнеметы, гранатометы и тяжелые пулеметы. Некоторые стреляют из окон домов в спину германским войскам... Все, кто только способен носить оружие, принимают участие в борьбе. Полыхает пламя пожаров. Пока все не уничтожено, большевики не сдаются... Повсюду лежат трупы большевиков, большей частью матросов и вооруженных жителей. Эти ожесточенные уличные бои превосходят все, что мы видели до сих пор»12.

 

 

Вид одного из уголков разрушенной гитлеровцами Лиепаи

 

29 июня гитлеровские войска вошли, наконец, в Старую Лиепаю. Перебираясь через развалины домов, они медленно продвигались к южной части города, откуда с боями уже отошли многие участники обороны. Часть оставшихся укрылись в домах.

Конечно, хочется бросить взгляд на Лиепаю после боев. Такую картину города можно видеть в уникальном документе — это дневник А. Зундманиса, фрагменты из которого опубликованы в газете «Коммунист» (18 июня 1981 г.). 1 июля 1941 г. его автор сделал следующую запись: «После полудня поехал в Лиепаю. Встретил двух гробиньчан... Мы видели места боев: сгоревшие и разбитые автомашины, ямы от снарядов, окопы, сгоревшие разрушенные дома. Погибших красноармейцев закапывали евреи (которых немцы согнали в гетто и использовали как рабочую силу. — В.С.), своих немцы хоронили сами. Вблизи видно было несколько сгоревших немецких бронемашин (а не танков. — В.С.) и один советский легкий танк-амфибия. Около Крустоюмса целое немецкое кладбище. Кое-где на обочине шоссе видны ямы, сломанные деревья.

В Лиепае, когда я приблизился к району порта, открылась плачевная картина. Дымящиеся развалины. Самые большие дома на главных улицах в Старой Лиепае превратились в развалины».

Начался кровавый террор. Фашисты и поднявшие голову местные буржуазные националисты устроили настоящую охоту за людьми. Они ворвались в расположенную на южной окраине Лиепаи городскую больницу, куда 27 и 28 июня поступили более 200 раненых, контуженных, пострадавших от ожогов и получивших травмы защитников города (всего в дни обороны Лиепаи городская больница приняла около 572 раненых и пострадавших от обстрелов и бомбежек, в том числе около 400 военнослужащих)13.

Озверевшие фашисты расстреляли заведующего горздравотделом Я. Косу и еще 12 врачей, оказывавших помощь раненым защитникам Лиепаи.

Здесь же погиб тяжело раненный в бою заведующий орготделом уездного комитета партии Херманне Судмалис. Были расстреляны и те легко раненные, которые ночью пытались бежать из больницы, оцепленной гитлеровскими автоматчиками. Остальным пришлось испытать горечь фашистского плена14.

Те раненые, которые не смогли прорваться из окружения, возвратились в военный госпиталь. Всю ночь с 27 на 28 июня в госпитале шло размещение прибывших обратно людей, производились срочные хирургические операции. Раненых стало меньше, но все они имели тяжелые ранения. Сильно сократился медицинский персонал: часть сумела прорваться из города, а некоторые погибли на поле боя. Руководство госпиталя решило уничтожить оставшуюся медицинскую документацию, а также личные документы раненых. Началась упорная борьба за спасение жизней защитников города, которую возглавил начальник госпиталя И. И. Чинченко.

Утром 29 июня, оцепив здание, гитлеровцы ворвались в госпиталь. Разыскивая оружие, они сбрасывали с коек раненых, отталкивали медсестер, пытавшихся их защитить. Затем фашистские офицеры собрали весь персонал госпиталя и, угрожая расстрелом, потребовали назвать комиссаров, коммунистов и евреев. И. И. Чинченко громко, чтобы слышали все, заявил, что в госпитале нет ни коммунистов, ни евреев и нет также списков и документов раненых . После длительных допросов медицинского персонала враги оставили госпиталь, объявив его лазаретом для военнопленных и выставив охрану.

«Лазарет» действовал в Лиепае до 4 августа 1944 г., когда гитлеровцы эвакуировали его в г. Хаммерштейн (Померания). Там воины Красной Армии освободили советских патриотов, беззаветно преданных святому долгу медицинского работника16.

Для Лиепаи начались четыре томительных года гитлеровской оккупации. Понеся большие потери при обороне города и от фашистского террора, герои Лиепаи продолжали сражаться с врагом, но уже в городском подполье и в партизанских отрядах, действовавших на территории Курземе.

 

1 ВИИП, т. 311, р. 85, к. 711698.

2 Conze W. Geschichte der 291. Infanteriedivision, S. 93.

3 ИИЛ, Лиепайская экспедиция, 1966, д. 1, л. 54.

4 Отметим в связи с этим неправдоподобные утверждения некоторых авторов о том, что отходившие в северном направлении последними артиллеристы 27-й батареи взрывали мосты и т.д. «Мосты в порту остались не взорваны: не было ни взрывчатки, ни специалистов-подрывников», — отмечает И. Судмалис в докладной записке ЦК КП (б) Латвии (см.: На правый бой, на смертный бой, т. 1, с. 13).

5 См.: Братство, скрепленное кровью, с. 127—128.

6 См.; Коммунист, 1961, 3 июля.

7 Русиньш Е. Неравный бой. — Коммунист, 1966, 24 апр.

8 Русиньш Е. Неравный бой.

9 См.: Коммунист, 1961, 10 июня.

10 Эта статья была перепечатана в издававшейся гитлеровцами в Лиепае на латышском языке газете «Курземес вардс» 12 июня 1942 г. По-видимому, такая публикация спустя год была сделана с целью всю вину за разрушение города свалить на большевиков, которым мол было предложено сдаться, но они продолжали сопротивляться. Это вынудило немцев пустить в ход артиллерию и разрушить город. Здесь просматривается политическая сторона вопроса: после поражения под Москвой зимой 1941 —1942 гг. гитлеровцы начали искать опору среди латышского населения, пытаясь показать свою «гуманность».

11 ИИЛ, Лиепайская экспедиция, 1966, д. 1, с. 43.

12 Цит. по; Коммунист, 1965, 9 мая.

13 Дедюлин В. Документ суровых дней войны. — Коммунист, 1977, 8 мая.

14 Там же.

15 См.: Чинченко И. И. В те дни. — Коммунист, 1967, 18 авг.

16 Дедюлин В. Кронштадтский хирург — герой обороны Лиепаи. — Рабочий Кронштадт, 1975, 11 окт.

 

ОГЛАВЛЕНИЕ


       

      Художник Г. Крутой

      Рецензент подполковник В. И. Боярский

       

      Редактор ГРИГОРИЙ СМИРИН

      Художественный редактор ВИТАЛИЙ КОВАЛЕВ

      Технический редактор ГАЛИНА СЛЕПКОВА

      Корректор НАТАЛЬЯ ЛЕБЕДЕВА